http://central.asia-news.com/ru/articles/cnmi_ca/features/2018/12/13/feature-01
Российские хакеры замаскировались под иранский режим для проведения операции по кибершпионажу
| Молодежь

Участники алматинской конференции обсудили предотвращение радикализации молодежи

Ксения Бондал

image

Студенты на лекции в Казахском национальном университете им. Аль-Фараби. Алматы, 10 декабря. [Марина Михтаева]

АЛМАТЫ -- Испытанные методы борьбы с вербовкой молодежи в Центральной Азии экстремистами, в том числе с вербовкой путем пропаганды в Интернете, стали темой регионального диалога, проведенного Программой развития Организации Объединенных Наций (ПРООН) в Алматы.

Конференцию назвали «Вовлеченность молодежи и предотвращение насильственного экстремизма: анализ взаимосвязи». Она проходила с 3 по 4 декабря.

В конференции участвовали представители агентств ООН, государственных органов, гражданского общества и молодежи из всех пяти стран Центральной Азии.

Это был второй из пяти региональных диалогов в рамках проекта ПРООН по предотвращению насильственного экстремизма, ведущего к терроризму.

Проект стоимостью 6,4 млн долларов финансируется правительством Японии и осуществляется представительствами ПРООН в Казахстане, Кыргызстане, Таджикистане и Туркменистане, сообщили в казахстанском МИДе.

Молодежь по своему составу является неоднородной, потому что проживает в разных регионах, кто-то в городах, кто-то в сельских регионах; есть казахскоязычная молодежь, русскоязычная, с высшим образованием и необразованная, сказала в ходе конференции главный научный сотрудник Казахстанского института стратегических исследований Ирина Черных.

Это значит, что внутри разных субгрупп имеются различные ценности и поведенческие модели, пояснила она.

«Радикализация — очень индивидуальный процесс, и исследования показывают, что один человек в определенных условиях может радикализироваться, а другой в этих же условиях попытается наладить свою жизнь и действовать в легальном пространстве», — сказала Черных.

«Важный принцип в нашей работе — индивидуальный подход к каждому отдельному человеку, который себя ведет ненормально с точки зрения социума», — убеждена исследователь.

Наставничество и вовлечение молодежи

Хотя важен сугубо личный подход к каждому, тем не менее, есть хорошо зарекомендовавшие себя практики предотвращения радикализации молодежи, полагает Черных.

По ее словам, в Германии и скандинавских странах хорошо развита практика наставничества. Очень часто наставниками становятся люди, которые сами прошли через радикализацию, а затем встали на путь исправления. Они и берут шефство над детьми из социально уязвимых семей.

«Психологи доказали, что склонные к экстремистской идеологии и агрессии молодые люди — это выходцы из семей, где отец осуществлял насилие. И наставники начинают вовлекать таких детей в различные проекты, спортивные мероприятия, проводить с ними время», — рассказала Черных.

В Казахстан такая практика только начала приходить, потому что она достаточно трудоемкая и дорогая, отметила она.

В Европе этим занимаются НПО на волонтерской основе.

Есть также британский опыт вовлечения женщин из НПО и женщин-полицейских в работу с девушками, принявшими ислам, говорит Черных. Таким девушкам разъясняют их права, работают с родителями, наблюдают и анализируют, проникает ли радикальная идеология.

Кыргызские НПО для привлечения молодежи опираются на практику театральных постановок, добавила она.

Кыргызские организации «эффективно практикуют эти вещи и используют на локальном уровне. Особенно если в каком-то сообществе... возможны радикальные проявления», заметила эксперт.

«В театральные постановки вовлекаются школы, местные НПО, пишется сценарий, четко расписываются роли... Суть в том, что дети как можно больше играют эти свои роли. Это кропотливая работа и затратная, но она приносит большую эффективность», — поделилась Черных.

Под термином «первая линия защиты» понимаются, в первую очередь, полицейские, которые, общаясь с населением, могут предотвратить экстремистские действия. В первую линию защиты входят и матери, а также учителя, объяснила она.

Ранние сигналы от них могут способствовать предотвращению радикализации на ранней стадии, когда к работе с детьми уже подключаются психологи, а если ребенок верующий, то имамы или священники. И помощь хорошо подготовленных или обеспокоенных взрослых, по мнению Черных, — очень эффективная методика.

Распознание и предотвращение радикализации

18-летний житель Алматы Максим Загранцев считает, что в руки вербовщиков попадают неуверенные в себе парни.

«У меня есть пара знакомых, которые отрезали себе брюки по щиколотки, отрастили бородки и теперь рассказывают всем про бога. Раньше были нормальными парнями, сейчас сильно изменились, даже на праздники не ходят», — рассказал Максим.

«Когда у одного из них родился племянник, он даже не пришел в ресторан на праздник в честь его рождения, потому что там алкогольные напитки. Почти отказался от общения с семьей, потому что они живут неправильно, как он считает», — говорит Загранцев.

С девушками вербовщики меняют тактику. Их легче сначала заманить красивыми разговорами про любовь, а после этого внушить свои взгляды, думает он.

Родители опасаются: их дети оказываются уязвимыми перед многочисленными угрозами.

Наркоторговля, криминальные группировки, экстремистские организации — каждый родитель сильно переживает, сказала «Каравансараю» жительница Шымкента и мать троих сыновей Алмагуль Шайкенова.

«Мы много с ними говорим об учебе, проблемах, окружении. Круг общения — это то, что меня больше всего интересует, потому что реально страшно за детей», — рассказала Алмагуль.

«У нас нерелигиозная семья, дети общаются с такими же ребятами, как они. Но я читала в СМИ, что террористы могут зацепить не только за религиозные взгляды», — говорит она.

«Поэтому мы с мужем не расслабляемся и смотрим во все глаза. Специально отдали сыновей в спортивные кружки, там здоровая атмосфера, хороший тренер. Думаю, это тоже поможет уберечь их от криминала», — резюмировала Шайкенова.

Вам нравится эта статья?
0
НЕТ
Комментарии 0
Правила оставления комментариев
Captcha