Каравансарай
Дипломатия

Талибан и Китай готовы закрыть глаза на поступки друг друга и заключить взаимовыгодный союз

Каравансарай и AFP

image

Мулла Абдул Гани Барадар, один из основателей Талибана, с министром иностранных дел Китая Ван И в конце июля во время визита талибов в Китай. [AFP]

КАБУЛ -- Талибан и Китай, очевидно, заключили между собой взаимовыгодный союз: оба стремятся получить стратегическое преимущество за счет принятия ранее неприемлемых проступков другой стороны.

Талибан цепляется за потенциальных союзников, поскольку международное сообщество все больше теряет веру в искренность намерений этой группировки прекратить войну в Афганистане с помощью политических мер.

Исторически талибы обращались за оружием и финансовой поддержкой к Ирану, Пакистану и России.

Теперь, когда талибы находятся на границе китайской провинции Синцзянь, группировка прилагает все усилия, чтобы добиться расположения своего гигантского соседа, в то время как Пекин надеется успокоить лидеров Талибана и обеспечить себе некоторую гарантию.

image

Мусульманские женщины проходят мимо сотрудников китайских военизированных полицейских формирований, стоящих на страже у Большого базара в Урумчи, Синьцзян. По словам бывших заключенных и охранника, мусульманки в китайских лагерях «перевоспитания» в Синьцзяне систематически подвергаются изнасилованиям, пыткам и сексуальным надругательствам. [Питер Паркс / AFP]

image

Стада, пасущиеся около китайской границы в Ваханском коридоре в Афганистане. У Китая также есть общая граница с Афганистаном протяженностью 76 км. Правда, на большой высоте и без оборудованного наземного перехода. Однако эта граница вызывает беспокойство, поскольку пролегает вдоль Синьцзяна. Архивное фото сделано 7 октября 2017 г. [Гохар Аббас/AFP]

Делегация Талибана на высшем уровне во главе с муллой Абдул Гани Барадаром, одним из основателей радикального направления, встретилась с официальными лицами в Пекине в конце июля.

Встречаясь с лидерами коммунистической партии Китая (КПК), талибы демонстрируют свою готовность не замечать зверства Китая в отношении мусульман в Синьцзяне, которые правозащитные группы и западные правительства считают геноцидом.

В то же время, атеистическая КПК закрывает глаза на экстремистскую идеологию талибов и насильственные попытки свергнуть афганское правительство.

По сообщениям СМИ, китайские официальные лица высоко оценили повстанческую группировку как «важную военную и политическую силу» в Афганистане и попросили ее «полностью порвать» со всеми террористическими группировками.

Пекин опасается, что Афганистан используют в качестве плацдарма уйгурские сепаратисты из Синьцзяна. Особенно беспокоят Китай связи талибов с «Исламским движением Восточного Туркестана» (ИДВТ) и его наследником — Исламской партией Туркестана (ИПТ).

В частности, Пекин оправдывал свои жесткие действия в Синьцзяне существованием ИДВТ и ИПТ, хотя о сколько-нибудь заметных террористических инцидентах в регионе не сообщалось с 2017 года.

«Исламский Эмират заверил Китай, что земля Афганистана не будет использоваться против безопасности какой-либо страны», — сказал официальный представитель Талибана Мохаммад Наим.

«Они [Китай] пообещали не вмешиваться в дела Афганистана, а вместо этого способствовать решению проблем и установлению мира».

Сообщается, что Барадар назвал Пекин «надежным другом».

«Средство для достижения цели»

Для Китая стабильная и кооперативная администрация в Кабуле станет средством для развертывания его проекта «Один пояс, один путь» в Афганистане.

«Для Пекина “Талибан” представляет собой средство для достижения цели, — написал Рид Стэндиш 21 июля в статье для «Радио Свобода». — В то же время, талибы рассматривают Китай как путь к международной легитимности и надежный поток инвестиций для раздираемого войной Афганистана».

«Талибан хочет продемонстрировать Китаю добрую волю», — сказал в интервью Wall Street Journal Цянь Фэн, директор по исследованиям Института национальной стратегии Университета Цинхуа в Пекине.

«Они надеются, что Китай сможет сыграть более важную роль, особенно после вывода американских войск».

«Привлекая китайцев на свою сторону, они [талибы] рассчитывают получить с их помощью дипломатическое прикрытие в Совете безопасности [Организации Объединенных Наций]», — сказал в интервью AFP Нишанк Мотвани, афганский специалист, проживающий в Австралии.

«Важно отметить... что когда другие страны открывают свои двери и вступают в контакт с Талибаном, это подрывает легитимность афганского правительства и представляет Талибан почти как правительство, ожидающее прихода к власти».

Подписывая соглашения с талибами, Пекин надеется, что те будут публично сохранять нейтральность в отношении уйгурского вопроса в Синьцзяне. На эту провинцию Китай в последние годы Китай обрушил ряд драконовских мер, направленных на подчинение и контроль преимущественно мусульманского населения региона под предлогом «национальной безопасности».

Некоторые преступления, совершенные китайскими властями в Синьцзяне, вызвали особое возмущение мусульман во всем мире. К ним относятся, в частности, произвольное заключение под стражу более тысячи имамов и заметных религиозных деятелей в регионе, уничтожение около 16 000 мечетей исистематические изнасилования женщин-мусульманок.

Талибан, изображающий себя защитником ислама, намеренно закрывает глаза на убийства и порабощение мусульман в своих интересах.

Повстанцы хотят «хороших отношений со всеми странами мира», сказал AFP представитель Талибана Сухайль Шахин.

«Если какая-либо страна хочет разрабатывать наши рудники, мы приветствуем это и готовы предоставить хорошую возможность для инвестиций», — сказал он.

«Если у мусульман [в Китае] существуют какие-то проблемы, мы, разумеется, побеседуем об этом с китайским правительством», — сказал он в интервью Wall Street Journal.

«Террористический Диснейленд»

Талибан считает Китай важным источником инвестиций и экономической поддержки — будь то напрямую или через Пакистан, который является одним из основных покровителей повстанцев в регионе и одновременно близким союзником Пекина.

В 2019 году в Пекине побывала еще одна делегация Талибана, а ранее в этом году Китай предложил провести на своей территории внутриафганские мирные переговоры.

Но закулисные связи с повстанцами через Пакистан простираются еще дальше и «позволили Китаю избежать любой крупной террористической атаки на его проекты в Афганистане», считает Тьерри Келлнер, политолог из Свободного университета Брюсселя.

Среди этих проектов — гигантский медный рудник Айнак недалеко от Кабула, для которого китайская компания в 2007 году получила потенциально прибыльную концессию, но работа на нем давно остановилась из-за конфликта.

Однако вряд ли талибы станут хорошими соседями, считает Рохан Гунаратна, аналитик по вопросам международного терроризма из Технологического университета Наньян в Сингапуре.

По его словам, гораздо более вероятно, что они возобновят поддержку уйгурских боевиков, особенно сейчас, когда многие из них стремятся вернуться в Афганистан из Сирии.

«Талибан был их основным союзником, у них были очень близкие отношения», — отметил Гунаратна в интервью Wall Street Journal.

«С выводом американских войск Талибан станет тем, чем был раньше, потому что идеология Талибана существенно не изменилась», — считает он.

Афганистан может «превратиться в настоящий террористический Диснейленд с впечатляющим присутствием всех этих иностранных террористических группировок».

Президент Ашраф Гани призвал международное сообщество «пересмотреть отношение к заявлению талибов и их сторонников в отношении их готовности к поиску политического решения».

«Это беспрецедентное вторжение за последние 30 лет в отношении его масштабов и сроков», — предупредил он в своем выступлении 28 июля в Кабуле.

«Это не талибы ХХ века,.. а проявление связи между транснациональными террористическими сетями и транснациональными преступными организациями».

Вам нравится эта статья?

Комментарии 1

Правила оставления комментариев * Обязательное для заполнения поле 1500 / 1500

Смерть Китаю

ответ