Каравансарай
Права человека

Растущее число случаев домашнего насилия вынудило власти Кыргызстана принять меры

Мунара Боромбаева

image

Правоохранительные органы Кыргызстана зафиксировали 9 025 случаев домашнего насилия в 2020 году. В 2019 году таких случаев было 6 145. Домашнее насилие (постановочное фото). Бишкек, 16 февраля. [Мунара Боромбаева/Каравансарай]

БИШКЕК -- Трудный 2020 год привел к всплеску домашнего насилия в Кыргызстане. Законодатели теперь вносят изменения в закон, разработанный для защиты пострадавших.

Милиция зарегистрировала более 9 000 случаев домашнего насилия в 2020 году, примерно на 3 000 больше, чем в 2019.

Одной из причин всплеска могла быть пандемия коронавируса и связанная с ней агрессия из-за жизни семей, замкнутой в четырех стенах. Однако главной проблемой остается безнаказанность большинства тех, кто совершает эти преступления, утверждают правозащитники и депутаты.

Насилие на дому

14-летняя Алина (имя изменено) жила с отцом во время введенного из-за COVID-19 карантина в апреле прошлого года.

image

Кыргызская милиция арестовывает женщину, протестующую против гендерного насилия. Международный женский день, Бишкек, 8 марта 2020 г. [Вячеслав Оселедко/AFP]

Отец неоднократно избивал девочку, что вынудило соседей сообщить об этих побоях в общественный фонд «Лига защитников прав ребенка».

«Ее нужно было срочно изолировать от отца-агрессора. Во время чрезвычайного положения в стране везде были расставлены блокпосты, контроль за ними отдали военной структурe», — рассказывает глава фонда Назгуль Турдубекова.

Перекрытые дороги, с помощью чего снижали распространение COVID-19, затрудняли сотрудникам фонда возможность добраться до дома девочки.

«Правоохранительные органы, социальные службы сами были в затруднительном положении, так как не могли помочь», — вспоминает Турдубекова, говоря об отказе военных пропустить их группу и многом из того, за что во время пандемии отвечали агентства.

«После долгих обращений нам удалось вывести девочку из дома, разыскали маму и передали ей», — говорит она.

Еще один случай домашнего насилия во время карантина получил широкую огласку, когда 21-летний пользователь по имени Аман написал в Фейсбуке, как узнал о том, что муж его сестры избивал ее.

Аман позвонил в милицию и, несмотря на введенный во время пандемии комендантский час, поехал в дом сестры. Прибывшие на место милиционеры сообщили, что в семье все нормально.

«Как нормально? Когда мою сестру жестоко избили! Он издевательски пинал ее настолько сильно по всему телу, что она описалась; когда лежала на полу, таскал за волосы на глазах у маленьких детей», — пишет Аман.

Благодаря огласке к делу подключились правозащитники. В итоге суд признал Максата Жаанбаева, совершившего насилие в отношении супруги, виновным и назначил штраф в размере 60 000 сомов (около 700 долл. США).

Безнаказанность домашних агрессоров — норма

Безнаказанность тех, кто допускает домашнее насилие, остается нормой в Кыргызстане, написано в ежегодном докладе правозащитной организации Human Rights Watch (HRW).

«Несмотря на законодательство, включая принятые в 2020 году поправки в Уголовно-процессуальный кодекс, обеспечивающее повышенные гарантии защиты для переживших домашнее насилие, власти не в полном объеме обеспечивают применение защитных механизмов и привлечение к ответственности агрессоров», — указано в докладе.

По данным МВД, из 9 025 случаев домашнего насилия, зафиксированных в 2020 году, суды рассматривали только 944.

Осознавая растущую проблему, Агентство США по международному развитию (USAID) в августе прошлого года выделило гранты 11 общественным организациям Кыргызстана на сумму 230 000 долларов США. Таким образом финансировались защита и поддержка жертв домашнего насилия во время пандемии COVID-19. Это один из многих примеров американской помощи Центральной Азии в решении этой и других проблем, таких как торговля людьми в регионе.

Карантин и вызванная им напряженность в отношениях могли способствовать увеличению случаев домашнего насилия на 65% в первом квартале 2020 года по сравнению с тем же периодом 2019 года, заявила в июне прошлого года вице-премьер Аида Исмаилова на заседании Национального совета по делам женщин и гендерному развитию.

Все это сводится к закону, который неспособен искоренить домашнее насилие, утверждает Турдубекова.

«У нас от насилия страдают не только женщины и дети, но и старики, люди с ограниченными возможностями, дети мигрантов, практически все уязвимые слои населения», — сказала она.

«Когда дело касается детей, насилие невозможно искоренить, пока каждый родитель не научится распознавать признаки насилия в отношении своих детей и сами дети [не научатся этому]».

Дети часто не знают, как защищать собственные права, потому что поведение взрослых считают нормальным, отмечает Турдубекова.

«Поэтому очень важно, чтобы детей обучали защищать свое личное пространство и со стороны родителей [в том числе], и когда происходят действия сексуального характера, чтобы он понимал, что в отношении него применяются некорректные действия, чтобы он мог заявить об этом родителям или людям, которым он доверяет», — подчеркнула она.

Агрессоры избегают наказания

Закон в его нынешней форме защищает агрессоров, заявляют правозащитники.

Правозащитница Мухаё Абдураупова из города Ош, представляющая общественный фонд «Позитивный диалог», говорит, что по действующему закону агрессор может избежать наказания, если жертва заберет заявление или в случае примирения сторон.

«Мы, как правозащитники, выступаем против такой практики, потому что это не дает предотвратить или снизить насилие в семье», — считает она.

В законе о защите от семейного насилия говорится, что необходимы «коррекционные программы, в которых агрессор и семья должны пройти специальную программу, чтобы в семье в дальнейшем не было насилия. Но, как мы знаем, в Кыргызстане такой практики нет», констатирует она.

В других странах суд направляет агрессора к психологу, который дает заключение, опасен этот человек или нет, и возможно ли с ним дальнейшее совместное проживание, напоминает Абдураупова.

По ее словам, если в Кыргызстане по заключению судебно-медицинской экспертизы здоровью жертвы нанесен легкий вред, насилие трактуется властями как административное, а не уголовное правонарушение.

В таких случаях в качестве наказания предусмотрен штраф в размере 30 000 сомов (примерно 350 долл. США) или общественные работы.

Суды часто назначают именно штраф, который выставляется семье, а не агрессору персонально, сказала она.

Тридцать тысяч сомов — это большие деньги, которые ложатся на бюджет семьи. Часто пострадавшая женщина сама и вынуждена платить штраф за издевательства над ней же, объясняет Абдураупова, говоря о неспособности судов защитить женщин от этой абсурдной необходимости.

Новое правительство занимается проблемой домашнего насилия

Недавно назначенный премьер-министр Улукбек Марипов обратился к теме домашнего насилия, участвуя в коллегии МВД в Бишкеке 12 февраля.

«Каждый факт насилия, в том числе семейного, не должен оставаться без внимания правоохранительных органов», — заявил он, подчеркнув необходимость пересмотреть национальное законодательство по этому вопросу.

«Семейное насилие не должно восприниматься как сугубо частное дело одной семьи. Такие факты не должны замалчиваться, а общество должно выработать повышенный уровень нетерпимости к подобным проявлениям», — сказал Марипов.

Недавние попытки реформирования закона обсуждала и депутат парламента Наталья Никитенко, глава Комитета по правопорядку, борьбе с преступностью и противодействию коррупции.

«В отношении насильника не было такого, что его можно было тут же задержать в момент агрессии... или отстранить», — сказала она.

«Сейчас, во время пандемии, когда число фактов насилия стремительно увеличивалось, мы внесли поправки — дать полномочия правоохранительным органам при вызове по факту насилия задерживать агрессора до 48 часов».

Когда насильников задерживают и возбуждают уголовное дело, зачастую в судах, под давлением сторон, жертва идет на примирение, рассказывает Никитенко.

«Принцип возмездия не соблюдается», — заключила она.

В качестве примера Никитенко вспомнила случай насилия в Сузакском районе Жалал-Абадской области.

В июне прошлого года зрители с отвращением реагировали на видео в социальных сетях. На кадрах мужчина, повесив на шею супруги автомобильные покрышки, бьет ее и обливает водой.

Вместо заключения он получил два года надзора.

По словам Никитенко, ранее в Уголовно-процессуальном кодексе не было понятия члена семьи или близкого родственника, который совершает семейное насилие.

«В поправках же ужесточаются нормы ответственности за насилие, которое совершает именно член семьи или близкий родственник. Бывает, избивают отчимы, опекуны, супруг и супруга или бывшие супруги. Следующий момент — это примирение сторон по статье о насилии, но здоровью причинен менее тяжкий вред, чем когда человек действительно получил физическую или психическую травму, чтобы примирение сторон было исключено», — пояснила она.

«В ходе процесса, под давлением родственников суды переквалифицируют более тяжкую статью на менее тяжкую, и за примирением сторон отпускают [нарушителя]», — сказала Никитенко.

Законопроект проходит третье чтение в парламенте. Никитенко ожидает принятия поправок в этом месяце.

Вам нравится эта статья?

Комментарии 0

Правила оставления комментариев * Обязательное для заполнения поле 1500 / 1500